ВОРОНУША. (рассказ)

Ленинград, славный, революционный город. Балтийский завод, такой же славный. Я работал на строящемся атомном ледоколе «Россия», занимался откачкой воды из трюмных и других помещений за борт при помощи переносного насоса. Работал по графику <сутки через трое>. Работа была довольно любопытна теми людьми, с которыми мне довелось работать в паре. В основном это были пенсионеры с любопытным прошлым. Был бывший капитан милиции Владимир. Его детство пришлось на блокадный Ленинград, и теперь он постоянно хотел есть, всё время довольно заявлял, что его главная забота в жизни — это хорошо поесть. Довелось работать с бывшим штангистом, его имени уже и не помню. Выдающихся успехов он не достиг, но всё же считался квалифицированным спортсменом. Ездил даже в Индонезию тренировать индонезийцев. Это был крупный, добрый мужчина, но в результате подъёма тяжестей к пенсии заработал радикулит и не мог уже поднять и 20 кг. Он написал пособие по тяжёлой атлетике, которое было издано небольшим тиражом. Денег от издательства он так и не получил. В Германии тоже издали его книгу, и немцы ему деньги выплатили, правда, небольшие за малый тираж.

Ещё был интересный бывший врач Владимир Рагель, латыш. Он изобрёл биочастотный прибор, который работал от батарейки, этим прибором он лечил людей и обрёл большую известность. Ездил даже в Москву, его прибором заинтересовались медики-академики. Всё-таки признать прибор каким-то важным изобретением академики отказались. Это как всегда, они такие важные академики, а тут какой-то бывший врач-выскочка. Между тем он продолжал лечить людей. На рабочем месте он бывал редко, уходил к директору завода, там кого-то лечил от рака; как выяснилось позже раком болел сам директор, так от рака и умер.

Был и другой изобретатель, уже молодой. Звали его, кажется, Виктором. Он в свободное время с группой других энтузиастов изобретал новый автомобиль. На работе всё ходил по заводу и выискивал нужные детали для автомобиля. Энтузиасты всё же собрали новый автомобиль и были приглашены в Москву на показ. Их автомобиль даже показали по ТВ в программе «Время». С ними также побеседовали в Кремле. У Виктора было шестеро детей, и все они ютились в одной комнате в коммуналке. Местные власти квартиры не давали. В Кремле он рассказал о своей проблеме. Но тогда у власти был М.С.Горбачёв, шла перестройка, и все хапуги резко активизировались, поэтому ни группе изобретателей, ни Виктору так никто и не помог.

Бывший капитан торгового судна Константин Свитнев вёл себя степенно, видимо, он до сих пор считал себя капитаном, капитаном навсегда. Наверно, ему было трудно, другие не знали, что он капитан и могли не проявлять должного уважения. Он рассказывал, как на судне посещал Германию, Голландию. Говорил, что в Германии никто двери дома на ключ не закрывал, и никто ничего не воровал. Интересные были люди на работе. И вот, всё это разрушили. Люди измельчали, хапуги стали хозяевами.

Однажды рабочие откуда-то принесли совсем молодого ворона, который был растерян совершенно, часто закрывал глаза, вжимался, чтобы не видеть окружающего ужаса. Может быть ещё не научился летать, и откуда-нибудь свалился. Но был без повреждений, крылья и лапы были целы. Рабочие бригады, перекурив, разошлись по рабочим местам, остались сидеть двое каких-то молодых ещё рабочих не из бригады. Мне досталось присматривать за вороном. Я его погладил, дал хлеба, но есть он не стал. Немного хлеба я вложил ему в клюв и ему пришлось проглотить. Погладил ещё, приговаривая: «Воронуша, Воронуша». Рабочий постарше и покрупнее сказал, что вороны живут по 100 лет, у них простая, почти прямая пищеварительная система. Я решил Воронушу спрятать в сумку, чтобы его никто не беспокоил и прикрыл сверху шляпой. Тут рабочие переглянулись, который помоложе кивнул старшему. И старший обратился ко мне: «Мы тут формируем команду слесарей на ледокол «Россия», давай к нам в команду, на 1 год, пойдём в Ледовитый океан, может, до полюса пойдём, будет интересно, работа не тяжёлая, вахтовым методом, хорошие деньги, хорошее питание. Давай, с нами. Я немного подумал, представил, было сооблазнительно, но в моём мироощущении всё же тогда такое предложение не сходилось. Я заочно учился в Университете и много поставил на учёбу, поэтому оставить учёбу не мог. Об этом я и сказал агитаторам. Старший сказал, что зря, надо деньги зарабатывать и предложил ещё подумать до утра. Но я даже не думал. Это сейчас, уже в свободном состоянии я думаю, что нужно было соглашаться. Трудно было бы год без женщин, но в армии-то 2 года пришлось их совсем не видеть, кроме продавщицы магазина, которая была ещё и обаятельной брюнеткой, тогда ею как коршун завладел капитан, командир 3-й батареи. Небось, ещё и жена дома была. А учиться как раз можно было и самостоятельно, по учебникам, времени хватало бы и экзамены сдавать не надо. Деньги большие мог заработать. С деньгами-то всегда легче. Но тогда моё сознание было слишком ограниченным, связанным.

Воронуша до утра благополучно и спокойно просидел в сумке, может и поспал. Я сдал вахту, засунул Воронушу за пазуху и пошёл в цех, в раздевалку. Воронуша вцепился в рубашку, высунул голову и поглядывал по сторонам. Навстречу попался рыжий начальник цеха, увидел Воронушу и заулыбался. Я принёс Воронушу домой, говорю жене: «Смотри, кого я принёс, это Воронуша». А она недовольно: «Ну и зачем ты его притащил? Что ты с ним собираешься делать?» «Ну вот, — подумал я с сожалением, — тут Воронуше жизни не будет.» Я покормил Воронушу и определил его в кладовку. Там он сидел очень спокойно, я доставал его, гладил его, подкармливал и разговаривал с ним. Он даже всё так же спокойно стоял у меня на плече. На следующий день я раскрыл окно и поставил его на подоконник. Мы смотрели в раскрытое окно. Он как будто и улетать не собирался. На улице громыхали подходящие трамваи. Погода была тёплая, апрельская, хорошо грело Солнце. Напротив был завод «Электроаппарат», вокруг него цементные блоки высокого забора. Перед забором на траве копошилась шумная стая галок и ворон. И я сказал Воронуше: «Ну что, летать-то можешь? Вон видишь, там твои сородичи. Давай к ним.» Я его погладил на прощание, чуть подтолкнул для смелости. Он встрепенулся и полетел. Благополучно сел в стаю ворон, и вскоре в ней совсем затерялся…

АНАТОЛИЙ НОВЫЙ